Ларри Джонсон: Катастрофу флота США снабженцы готовили 15 лет

Ситуация, когда авианосная группа во главе с «Авраамом Линкольном» в ходе более чем 8-месячного плавания оставила своих матросов без элементарных удобств и нормальной пищи, вызвала огромный резонанс во всем мире. Но важно, чтобы этой проблемой озаботились не только американские адмиралы — их и так она поставила на растяжку, — но и наши флотоводцы. Говорить о присутствии флага во всех районах Мирового океана есть смысл лишь тогда, когда за демонстрацией флота стоит достойное его обеспечение.

«Кадры оказались настолько обыденными, что производили более сильное впечатление, чем любые картинки боевых действий: полупустые подносы с едой, серый кусок мясного „деликатеса“, моряки, распределяющие еду между собой, чтобы никто не получил больше, чем другие…»

Весной и летом 2026 года экипажи авианосца USS Abraham Lincoln и десантного корабля USS Tripoli столкнулись с нехваткой продовольствия, длинными очередями за едой, сломанными туалетами, плесенью в душевых, неработающими стиральными машинами и дефицитом предметов первой необходимости, таких как мыло и зубная паста, — на борту военных кораблей, действующих в Аравийском море и Индийском океане, после более чем 250 дней в море. Напряжение сказалось на моральном духе, а в худших случаях — на безопасности экипажа, — пишет американский военный и политический аналитик Ларри Джонсон.

Читайте также

USS Abraham Lincoln: 5000 моряков на грани бунта, нет зубной пасты, гальюны воняют нестерпимо Американский авианосец, гордость ВМС, превращается в «ржавое гигантское корыто»

Когда ситуация стала достоянием общественности, официальной реакцией ВМС США стало отрицание. Министр обороны Пит Хегсет назвал первые сообщения «фейковыми новостями», а представитель 5-го флота настаивал на том, что экипаж «остается стойким и готовым», а корабль «сохраняет полную боеспособность для выполнения всех поставленных задач».

Этот ответ стоит запомнить, потому что он является частью провала, а не его опровержением — командная структура, более склонная защищать свою версию о готовности, чем разбираться с причинами, по которым моряки испытывали нехватку продовольствия и средств гигиены. Условия были реальными. Более важный вопрос заключается в том, почему вообще на военных кораблях самого финансируемого в мире флота ощущалась нехватка продовольствия и средств гигиены.

Ответ кроется не столько в одном авианосце или одном офицере снабжения. Он носит структурный характер, над ним работали пятнадцать лет, и он находится в той части флота, которую общественность никогда не видит — на кораблях, которые обеспечивают топливом боевые корабли.

Флот, стоящий за флотом

Военные корабли сами по себе не несут достаточно грузов, чтобы оставаться в море неопределенно долго. Для обеспечения авианосной ударной группы продовольствием, топливом и вооружением без возвращения в порт используется специальный флот судов снабжения, называемый боевыми логистическими силами (CLF).

Это суда снабжения, эксплуатируемые Командованием военно-морских перевозок и имеющие в основном гражданские экипажи, которые движутся рядом с военными кораблями и передают топливо, боеприпасы, продовольствие и припасы по кабелям и шлангам, пока оба корабля находятся в движении.

Суда снабжения флота бывают трех типов. Танкеры-заправщики (T-AO) перевозят топливо. Суда категории T-AKE перевозят боеприпасы, запасные части и продовольствие. А быстроходные суда боевой поддержки (T-AOE) — это первоклассный ресурс, «универсальный пункт снабжения». Они перевозят топливо, боеприпасы и продовольствие одновременно и достаточно быстро, перемещаясь внутри авианосной ударной группы, а не курсируя между ней и базой.

Последняя категория — это именно те суда, которые нужны, когда один авианосец находится в отдаленном районе в течение нескольких месяцев подряд. И именно эту категорию ВМС США значительно сократили.

Лукавые цифры

Вот в чем суть проблемы. Сегодня боевые логистические силы насчитывают около 34 кораблей — эта цифра остается практически неизменной уже более десяти лет. На бумаге — стабильность. На практике — медленное сокращение численности, поскольку требования к этим силам выросли, а наиболее боеспособные корабли исчезли.

Примерно в 2010 году ВМС США эксплуатировали все четыре своих быстроходных корабля обеспечения класса Supply. Сегодня осталось только два. В середине 2010-х годов ВМС вывели два из них в резерв, чтобы сэкономить примерно 30 миллионов долларов в год на эксплуатационных расходах — решение, которое выглядело разумным в электронных таблицах, но выглядит необоснованным с палубы голодающего корабля.

Остальная часть флота стареет. Танкеры класса Henry J. Kaiser, составляющие основу топливного флота, датируются 1980-ми годами и выводятся из эксплуатации быстрее, чем прибывают их замены. Новая программа создания танкеров класса John Lewis призвана обновить флот, добавив около двадцати кораблей, но головной корабль был сдан только в 2022 году, и лишь один из них был полностью введен в эксплуатацию к середине 2025 года.

Более новая разработка ВМС — меньший по размеру, но более многочисленный «легкий танкер-заправщик» T-AOL — начнет строиться только в 2027 финансовом году и поступит в достаточном количестве лишь в 2030-х годах. То есть на данный момент логистических сил недостаточно, и они недостаточно быстры для удовлетворения предъявляемых к ним требований.

Аравийское море — худшее место для авианосца

Географические особенности превратили общую нехватку флота в дефицит кораблей, и воды у берегов Аравии и в Индийском океане близки к наихудшему сценарию.

База снабжения авианосца в Северном Аравийском море находится на самом конце очень длинной цепочки поставок, зачастую без удобного, дружелюбного и высокоэффективного доступа к портам, которым, скажем, обладает развертывание в Средиземном море.

Все, что экипаж ест и использует, либо было доставлено на борт до начала развертывания, либо должно быть доставлено на корабль тем самым флотом снабжения, который и без того работает на пределе своих возможностей.

Когда развертывание затянулось — а у «Линкольна» более чем на 250 дней — из-за войны с Ираном в 2026 году, которая еще больше усугубила ситуацию. Авианосец расходовал быстрее, чем планировалось — и именно тогда, когда логистическая сеть была наименее способна обеспечить дополнительные рейсы в отдаленное море.

Длительные миссии и слабый флот снабжения — плохое сочетание в любом месте. Именно поэтому быстроходный корабль боевого обеспечения так важен именно на этом театре военных действий. Его основная задача — обеспечивать функционирование авианосной группы на значительном расстоянии от базы без постоянной переброски отдельных танкеров и грузовых судов.

От подсчета масла до пустых подносов

Военно-морской флот, находящийся в длительных развертываниях в отдаленных водах и не имеющий надежного снабжения — это флот, работающий с ничтожно малым запасом прочности.

Читайте также

Армия США с ужасом осознала свою уязвимость перед новыми вызовами ИИ сам будет решать, по кому и как применить оружие — в том числе и ядерное

А когда запас прочности невелик, сбои проявляются в первую очередь в самых неприглядных местах — вовсе не в отказавшей ракете, а в неработающей стиральной машине или на камбузе, где заканчиваются запасы.

Еда, мыло и чистая вода — главные индикаторы работы системы обеспечения на пределе ее возможностей, и у берегов Аравии в 2026 году эти индикаторы стали критической точкой.

Человеческие потери усугубили материальные. Экипаж, измотанный более чем восемью месяцами в море, испытывающий нехватку самых необходимых вещей для комфортной жизни на борту, находится под напряжением, которое проявляется не только в неудобствах, но и в падении морального духа, а в худших случаях — в опасениях по поводу самоубийств среди моряков.

Флот не вправе требовать от своих моряков выдерживать всё более длительные командировки, сокращая при этом расходы на их питание и гигиену — и не ожидать при этом ухудшения морального климата внутри корабля. Поддержание жизнедеятельности — это не утешение. Это условие выносливости экипажа.

Итог

Нехватка ресурсов у берегов Аравии не была случайностью, слухом или неудачной деятельностью офицера снабжения. Это был предсказуемый результат полутора десятилетий решений. Голод и нехватка ресурсов на борту «Линкольна» были сигналом того, что этот запас прочности наконец иссяк.